Cаныч служил бакланом где-то на севере. На сленге, бакланы - это морская авиация, род войск загадочный. Офицеры там именуются общевойсковыми званиями, а рядовой состав – морскими. И не любят бакланов ни морские, ни войсковые патрули. Зеленые патрули, те которые на сленге именуются “сапоги”, в морских городах, с особым садизмом отлавливает вышедших в увольнение морских франтов, куда, до кучи, попадают и “бакланы”. А морской патруль, который, кроме флота, никого за людей не считает, в отместку, гребет армию за пицунду. И опять таки, с особым цинизмом, сажают на кукан “бакланов”, потому как они, во-первых – “береговые”, во-вторых, море не видели, ракушками не поросли, а в-третьих, служат два года вместо трех. Последнее возмущает морские патрули особенно, ибо, форму рядовой баклан носит военоморскую, с беской, тельником и клешами, и внешне совершенно не отличим от человека.

Кроме того, аэродром базирования, на котором обитают морские летчики, зачастую находится в таких верхних ебенях, где кроме болот, кочегарки и замполита, никаких культурных ценностей не наблюдается, а о бабах вообще не говорят, чтобы не расстраивать молодой, бушующий гормонами, организьм.
Кстати о кочегарке. По словам Саныча, там как-то сожгли одного не в меру борзого лейтенанта. Но сам Саныч это не видел, и рассказывал со слов “дедов”. Черт его знает, может, и правда, а, может, и байка. В заполярных болотах матросский ум от тоски по дембелю и не такое нафантазирует.

Окружающий пейзаж напоминал болота из Баскервиль-Холла. И что по осени пара самоходчиков в этих болотах загнулась, в это верю, ибо, подломить, с дури, молодой ледок и уйти с головой в трясину, можно запросто.
В общем, текущий расклад на окружающую действительность понятен. И оттянул там Саныч целых два года. Служил, качался до одури, гонял молодых. О бабах говорили, конечно. А что, воздух свежий, жратва, в общем, приличная, кровь играет. Тут еще и слухи стали доходить, что на Большой Земле свобода, и эротика разрешена! Так и жили, пока не настал ему счастливый день – Дембель.

Нашкурился Саныч, парадку навострил, до вокзала ребята подбросили, патрулей счастливо избежал. Приехал он, молодой, красивый и хмельной, в родной Питер. Форму долой. Огляделся, а кругом на дворе 87 год … Перестройка бурлит, швабода из углов бьет, алкоголю, правда, мало, но у таксистов все есть, а тут еще обнаженное женское тело на плакатах и в киосках мелькает. Вдохнул Саныч воздух свободы и зарулил в ближайший видеосалон на порнофильм.
Помните видеосалоны времен конца 80-х? Крутили фильмы по вечерам в квартирах, куда набивалось до 20 человек. Норма была 5-6 фильмов подряд. Репертуар - боевики, комедии, ну, и порнуха, конечно. Сидели по 6 часов кряду. К 5 утра одуревший народ расползался по домам.
Вот туда-то Саныч и направлися. Ну, а дальше, с его слов.
- Зашел, - грит, - я на хавиру. Отдал десятку, кофе попросил, место хорошее занял, прямо напротив экрана. Все чин по чину. Ну, народ расселся поудобнее, свет выключили, кассету вставили. Я на экран взглянул…. А там…Мама моя…, я тогда таких поз и представить себе не мог. Это сейчас мы все знаем, а в СССР тогда секса не было. Нет, ну, в анекдотах, да ночных матросских откровениях всякое проскальзывало… но, когда она член до упора заглотила, я сам чуть не поперхнулся. В общем, встал у меня так душераздирающе, что сидеть не могу! Щяс, думаю, штаны порвет! Ну, а что делать… я руками в поклокотники кресла вцепился, по сторонам смотреть боюсь, дышать стараюсь реже, да куда там…. В общем, на десятой минуте, тихо кончил я в штаны, посидел еще немного успокаиваясь, да к выходу побрел. А на выходе, отпирая дверь, хозяин, гад, так глумливо усмехнулся…